Previous Entry Share Next Entry
История РПЦ. Новый этап
фото с фото
teterevv


Случилось чудо. Народ, обрекаемый на катастрофу в государственном строительстве прежними господами и встроенной в их систему Церковью, выстоял, победил и перешел к новому этапу. Но не забыл того отношения к себе, которое были и до 1917 года, и во время Гражданской войны.

Я остановился на своеобразной развилке истории, случившейся в год смерти Патриарха. Наметилась тенденция к нормализации отношений РПЦ и государства. Началось преодоление обновленческого раскола.

Предшествующий этому 1925 году период был очень непростой для Церкви. Как, впрочем, и для всей уже Советской России. Но, с другой стороны, в эти годы перед новой властью стояла задача просто выжить самой и сохранить Россию. И то, что удалось сделать гораздо больше - это настоящее чудо. Или, лучше сказать, свидетельство того, что пришедшие к власти большевики с первых дней мыслили державно и созидательно. Один план ГОЭРЛО чего стоит!

Но ведь это не единственное начинание, изменившее облик России и берущее начало в эти тяжелейшие годы. Реформа здравоохранения, несмотря на саботаж старых кадров, и особенно касс медицинского страхования. http://rossaprimavera.ru/article/trudnyy-put-sovetskoy-mediciny?from=122.  И, конечно, военное строительство, создание Красной Армии, позволившей не только победить в Гражданской войне, но, главное, отбиться от интервентов.

Почему я это все пишу в тексте об истории РПЦ? Потому что, длительное время все, включая Церковь, считали большевиков временщиками. И исходя из этого, выстраивали свое отношение с ним, то есть со строящимся молодым государством. А что значит такое отношение? Ну, чуть лучше, чем отношение к врагам. И самое трагическое, что в этом был и то, что называется, классовый контекст.

Ведь это не к большевикам сформировалось такое отношение! В руководстве строительства нового государства принимали участие весьма образованные люди. С чего вдруг после признания права на жизнь не более компетентного Временного правительства, предполагать нежизнеспособность советского? Мне кажется, такое пренебрежительное отношение было направлено не на участников кабинетов, а на свой народ.

Как это, вчерашние холопы, грязные рабочие и завшивленные крестьяне - и вдруг свое государство? Это долго не просуществует, потому что идет вразрез с «природой вещей», противоречит понятию «господства», на котором строились и все государства до этого и мировоззрение общества. И это мировоззрение говорило всем, включая иерархов Церкви, что государства рабочих и крестьян долго не просуществует.

Но случилось чудо. Народ, обрекаемый прежними господами и встроенной в их систему Церковью на катастрофу в государственном строительстве, выстоял, победил и перешел к новому этапу. Перешел, но не забыл того отношения к себе, которое были и до 1917 года, и во время Гражданской войны. Этот классовый момент, о котором я сказал выше, начал работать в обратную сторону.

Кто тут нам не верил? Кто считал, что мы «быдло» и потому ни на что не способны? Народ стал разрушать все, что было связано с мировоззрением основного на отношении «господство-рабство». «Мы не рабы, рабы не мы!» - вот девиз всех начинаний, которыми маркируются эти годы.

Это проявилось и в тех шараханьях, которые мы видим в строительстве новой системы образования. Кстати, эти метания говорят еще раз о том, что речь идет о строительстве, а не о разрушении страны. Системой образования занимаются, лишь глядя вперед, за достаточно далекий временной горизонт.

Это сказалось и в таком потрясающем и грандиозном явлении, как «Пролеткульт». Разработки концепций «новой семьи», богостроительство и богоискательство Горького, Луначарского и Богданова. Да, во всем это было! В том числе и в отношении к Церкви, как институту, связанному со старым, ненавистным порядком вещей, где есть рабы и господа.

Может показаться, что я пытаюсь оправдать ту жестокость по отношению к старому (куда, увы, попала и Церковь), и ту решительность, с которой молодой советский народ занялся переустройством своей жизни? Нет, я не оправдываю. Я просто констатирую, что было, так как было. Для меня важно лишь одно - разрушить миф, о том, что всю эту новизну, которая ударила, в том числе и по Церкви принесли невесть откуда «марсиане» большевики.

Это был народное творчество. И то, что в нем не нашлось место для Церкви, показывает - насколько глубокий образовался разрыв между ней и народом. Это трагедия России, русского народа и Русской Церкви.

Я продолжаю чтение истории РПЦ в ХХ веке. Мы остановились на смерти свт. Патриарха Тихона в апреле 1925 года. (Цитаты по истории Церкви, выделенные в тексте зеленым цветом, взяты из «История Русской Православной Церкви 1917 – 1990 гг.» прот. Владислава Цыпина ).

Я уже приводил цитаты из обращения Патриарха к пастве, опубликованного 15 апреля 1925 года в центральных печатных изданиях Советской России. В нем святитель Тихон завещал пастве и Церкви выстраивать конструктивные и нормальные отношение с Советским государством. В связи с тем, что опубликовано оно было уже после смерти Патриарха, его иногда называют «завещанием».

Но есть и подлинное завещание главы РПЦ. В нем определяется - кому же предстоит воплощать заветы Патриарха и вести Церковь через те непростые годы.

«В самый день погребения Патриарха Тихона, 12 апреля 1925 года, в Донском монастыре состоялось совещание архиереев, участвовавших в отпевании почившего. На совещании было вскрыто и оглашено завещание, составленное Патриархом на Рождество 1925 года: «В случае нашей кончины, наши Патриарший права и обязанности до законного выбора Патриарха предоставляем временно Высокопреосвященному митрополиту Кириллу. В случае невозможности по каким-либо обстоятельствам вступить ему в Отправление означенных прав и обязанностей таковые переходят к Высокопреосвященному митрополиту Агафангелу. Если же и сему митрополиту не представится возможности осуществить это, то наши Патриарший права и обязанности переходят к Высокопреосвященному Петру, митрополиту Крутицкому...».

Поскольку митрополиты Кирилл и Агафангел, находясь вне Москвы, не могли возглавить церковное управление, сонм архипастырей постановил, что «митрополит Петр не может уклониться от данного ему послушания и во исполнение воли почившего Патриарха должен вступить в обязанности Патриаршего Местоблюстителя». Первым под этим актом подписался митрополит Нижегородский Сергий».

Мы уже вплотную подошли к тому, что РПЦЗ окрестили «сергианством». Кстати, употребляя это термин, противники РПЦ МП как-то исключают из-под него свт. Тихона, Патриарха Московского. Но, между тем, все последующие действия местоблюстителей патриаршества в Советской России были продолжением курса, начатого Патриархом Тихоном. И наиболее последовательные противники этого курса возлагают вину за «сергианаство» в том числе и на свт. Тихона.

Но это говориться не для всех. Ведь авторитет патриарха столь высок, а его образ столь востребован в современной России, что критики Сергия не решаются говорить о Патриархе Тихоне. Что еще раз показывает чисто политический подтекст этих обвинений.

Предыдущая статья цикла,
первая.


Добавить в друзья в: ЖЖ | ВК | твиттер | фейсбук | одноклассники


  • 1
читаю с удовольствием и восхищением. Подписалась на Вас ВК...жду продолжения...Очень было бы неплохо потом издать книгу по вашим статьям хотя бы в электронном виде

  • 1
?

Log in

No account? Create an account