Previous Entry Share Next Entry
КОРОЛЬ ЛИР. Еще одно эссе.
фото с фото
teterevv

«Справедливы слова одного английского критика с том, что в трагедии "Король Лир" Шекспира "всюду для читателей расставлены западни". Трагедии Ромео. Отелло, даже Макбета и Гамлета могут показаться детскими рядом с этой.

Здесь простейшим и всем понятным языком говорится о самом тайном, о чем и говорить страшно, о том, что доступно, в сущности, очень зрелым и уже много пережившим людям.
Все в этой трагедии темно и мрачно, или, как говорит Кент:

«...не может быть
Здесь радости: все горько и печально».

Чем же она нас очищает? Она очищает нас именно этой горечью. Горечь облагораживает, горечь пробуждает в нас новое знание жизни». А. Блок

Отзыв великого русского поэта я прочитал уже после прочтения трагедии Шекспира и написания этого эссе. Не могу сказать, что оно совсем не повлияло на мой текст. После него я не стал ничего искать и добавлять. До слов Блока мне казалось, что Шекспир не может ограничиться чистой трагедией, и обязан добавить туда метафизики. Но уж если такой чувствительный к метафизичности Блок не считает долгом ее искать, то я успокоился.

Еще мне пришло в голову, что «Король Лир» это ведь не трагическая поэма, а пьеса. То есть в ней автор, прежде всего, создает сценическое действо, а не излагает свои концепции и идеи. Нет, он, конечно, их излагает публике, но не это главное. Оно в том, чтобы актерам достались яркие и тревожащие зрительскую душу герои. Чтобы зритель сопереживал и, как пишет Блок, очищался через соучастие в страдании героев. Если в «Гамлете» Шекспир, судя по всему, ко всему этому прибавил в большой мере еще и размышления о природе власти, и субъектности того, кто ее осуществляет, то в Лире это британскому гению показалось лишним.

Итак,,. мои первые впечатления от «Лира». Сперва, когда задача поиска «снов о чем-то большем» еще стояла передо мной, я записывал свои размышления по каждому действию. Но вскоре отошел от этого занятия. Поэтому мое эссе состоит из двух частей. Короткой - размышления о первых двух сценах. И чуть менее короткой - общие мысли.

***

Сцена 1. Проклятие дочери и изгнание Кента
Много не ясно. Например, как король - фигура обязанная разбираться в людях для удержания власти - так слеп в отношении дочерей? В отношении Кента? Как король может быть столь порывист и сумасброден? В конце концов, куда девалась воля к власти? Ответы рождаются странными. Или это старческое притупление ума и рассудка? Или же - что наиболее интересно как версия - потеря воли к власти и связанная с ним деформация деформация сознания.
Сцена 2. Заговор к доме Глостера.
Тут тоже вопросы относительно здравого ума Глостера старшего, хотя в рассуждениях о событиях в доме Лира он точен. Но в своем доме он слеп.
Мне видится, что зеркальный заговор в доме Глостера по отношению к событиям в доме Лира, как бы вторая весть разворачивания сюжета не случайна. Сойдутся ли они - обе ветви - или нет, поглядим.
В словах младшего сына о готовности сваливать все произошедшее в судьбе на рок и небо - заявка на атеистическое мировоззрение. Старший брат в свою очередь усмехается над астрологическими прогнозами, то есть отрицает примитивную форму мистицизма. Но его мистический базис не ясен. Глостер же старший видит в случившемся и у себя и в доме Лира - поругание чести, (честности), что прямо отсылает нас к метафизике.
----
После этих двух сцен у меня не было ни возможности, да и желания делать анализ и комментировать отдельные сцены и сюжеты в «Лире». Почему? Читая «Лира» я отчасти начал понимать величие Шекспира. С одной стороны он в «Лире» не подымает ничего нового для драматических произведений. Несправедливость, потакание злу, упоение злом и возмездие за все это.

Уловил я и нечто общее с «Гамлетом». Разговор о том, что власть лишенная справедливого начала, отказавшаяся от своей укорененности в служении неминуемо низвергается. И вся элита этой оскопившейся власти зачищается историей и отдает поле для прорастания новых сил.

С другой стороны, Шекспир доводит это до такого градуса, делает разворачивающийся сюжет настолько напряженным, что при сей его схожести и широте раскрытия в других произведениях, ты не можешь от него оторваться.

Но все-таки я должен высказать свое мнение не о Шекспире вообще, а о «Лире».

Первое что бросается в глаза, это неслучайная схожесть с историей Иова Многострадального. Я бы сказал, что главный сюжетный поворот - потеря Лиром всего - это еще одна версия осмысления этой вечной драмы. Новизна в том, что если для Иова все утерянное было благословением Божием за нечто, что составляло, грубо говоря, его содержание, то для Лира его крушение и было потерей этого самого содержания. И потому мы видим совершенно разные развития сюжетов, объединенных, казалось бы, общим началом.

Но так как для Иова (кстати, Церковь 19 мая чтит память праведного Иова) содержанием его как личности и как героя произведения была верность и благодарность Богу, то для него утрата всего земного достатка, семьи и даже благодати Божией не стало окончательным крахом. Сохранив это свое содержание, Иов обрел все это назад.

Для Лира все обернулось полным исчезновением (включая весь его род) из истории. И все потому, что Лир лишился того, что и было его стержнем - метафизики власти. Мы застаем Лира уже в преклонных годах, почитаемого своими подданными и уважаемого другими правителями. То есть первой сцена предшествовала насыщенная событиями жизнь, которая высоко была оценена его современниками. Но это все в прошлом, а что мы застаем? Царя отдающего власть в руки людей ему малознакомых, не готовых принять ношу, которую Лира слагает с себя. При этом Лир демонстрирует просто настоящую одержимость, которая толкается его оторвать от себя то немногое, действительно верное и чистое, что есть вокруг него: дочь Корделию и советника Кента. Куда же влечет Лира эта одержимость? К доживанию века, к потребительскому использованию того, что им созидалось. Описание последствий такого выбора, при котором происходит отказ от сущностного в пользу ему враждебного и составляют содержание драмы. Его пересказывать я не стану.

Что еще бросилось в глаза? Вторая линия - отречение графа Глостера от своего сына Эдгара - не стало чем-то, что могло бы составить второй смысловой сюжет драмы. Эта история, переплетясь с главным сюжетом, лишь его оттенила и украсила. Хотя сцена ослепления графа Глостера герцогом Корнуэльским с самого моего детства, как я только познакомился с этим произведением, была пределом описания жестокости и несправедливости. А забота опального неузнанного сына за слепцом Глостером - образчиком подлинной любви и уважения сына к отцу.

Фигура Кента всегда у меня вызывала много вопросов. Его верность Лиру с одной стороны, и окончательная тщетность всех его усилий предотвратить трагические развязки судеб королевской семьи с другой. Эта беспомощность вытекает, как я думаю, из ответственности Кента за содеянное Лиром отречение от своей метафизики. Ведь он был долгие годы другом и советчиком короля и, видимо, причастен к той метаморфозе, которая и привела к драме.

Монологи шута и его реплики в беседах с другими персонажами… Да, местами они занимательны и глубоки, но ничего нового в сюжет не привносят. Единственный диалог, которая меня заставил задуматься, это встреча Кента и не узнающего его Лира. А именно, ответы на вопрос - кто ты? Из ответа Кента я выделил: «Человек!» и «не вкушающий рыбы».

Эти две характеристики, которые дает себе Кент, дают пищу для размышлений. Назвать себя Человеком, означало вернуться к чему-то сущностному. Это как призыв начать все с начала, чтобы исправить ошибку построение личности, которая привела к потере королем утраченного содержания.

Относительно рыбы, тут сложнее. Есть в Африке племя, которое не ест рыбы, потому что рыба поедает человека. И на самом деле, рыба это единственное существо, входящее в рацион человека, которая сама в свою очередь его пожирает. И следуя этой логике, вкушение рыбы символически, да и не только символически, может означать в некотором смысле пожирание Человека.

Кроме того, при всей сложности отношения героев Шекспира к христианству, сам автор не может не знать, что рыба в раннем христианстве была символом Христа и его учеников более распространенным, чем крест. Можно ли трактовать исходя из этого слова Кента, как отказ быть христопродавцем, или нет - не знаю. Но на такие мысли наводит.

И последнее, что еще заинтересовало - это метаморфоза герцога Альбанского, который из тихони и подкаблучника превратился в доблестного мужа и правителя.

Вот, пожалуй, и все.


Добавить в друзья в: ЖЖ | ВК | твиттер | фейсбук | одноклассники


  • 1
вечные вызовы, на которые надо отвечать каждому

  • 1
?

Log in

No account? Create an account